ЧТО БУДЕТ С УКРАИНОЙ В 2017? СКОЛЬКО ОСТАЛОСЬ ЖИТЬ УКРАИНЕ?

Опубликовано: 10.04.2017

видео ЧТО БУДЕТ С УКРАИНОЙ В 2017? СКОЛЬКО ОСТАЛОСЬ ЖИТЬ УКРАИНЕ?

ПУТИН: УКРАИНА БУДЕТ НАША УЖЕ В 2017! ЗАБЕРЕМ ЗА ДОЛГИ!

Игорь БУНИН, гендиректор Центра политических технологий:



— Еще за длительное время до Крыма Путин и его команда сделали формулу: он — президент для всех россиян, человек, который консолидирует цивилизацию. У нас нет ни 1-го другого такового института, ну и вообщем не осталось важных институтов, не считая президентского. Это позволяет Путину быть «тефлоновым», никакой негатив к нему не прилипает. Президент обеспечивает подавляющему числу россиян когнитивный консонанс: соответствие ожидаемой и получаемой инфы. В сюжетах, где президента нет, консонанс сменяется диссонансом: появляются нестыковки меж ожиданиями и реальным положением дел. А когда возникает Путин — все встает на свои места. Недовольство коррупцией, ЖКХ, образованием и медициной никуда не девается, но так как человеку тяжело жить в диссонансе — ответственность за все нехорошее он автоматом перекладывает на низшие эшелоны власти.



При Путине в обществе сформировались очень высочайшие требования к фигуре президента. Когда на фокус-группах социологи дискуссируют с респондентами возможность занять президентское кресло для других политиков, то звучат такие, например, высказывания: «Шойгу — неплохой человек, спасатель, сильно много сделал для страны. Но он ведь даже премьер-министром не был, как мы можем за него голосовать?» Другими словами поработать главой правительства — непременное условие. При всем этом Медведев не котируется, так как он уже был президентом и сам ушел. Его просто не учитывают. Другие требования к президенту более жесткие: он должен обосновать, что разбирается в военном деле, экономике, медицине и т.д. Не считая того, лучше уж старенькое, познанное, чем непонятное. Другими словами фигуры, способной поменять Путина, исходя из убеждений большинства, не было и до Крыма. Не случаем же даже в период массовых протестов, когда образ Путина на время померк, никто из других Путину политиков не поднялся, ни один оппозиционный фаворит не появился.


Что будет дальше на Украине? (Владимир Путин)

И вот добавился новый элемент — Крым. Фактически без одного выстрела он становится нашим. Это пробуждает все имперское, что было в сознании. Неограниченное количество людей, испытывающих комплекс неполноценности от развала русской империи, вдруг поняло: мы наконец вновь империя. Естественно, скачком, мгновенно рейтинг Путина подымается на запредельную высоту. И какое-то время будет сохраняться на заоблачном уровне.

Предстоящая динамика дела к Путину будет зависеть от сценария, по которому пойдут Наша родина и Запад. Их три.

1-ый вариант. Наша родина считает, что нам не достаточно Крыма, и вводит войска на юго-восток Украины. Это значит, что Запад начинает холодно-горячую войну. Там не дойдет, вероятнее всего, до посадки натовского десанта, но будут полная финансовая блокада и массированная поддержка оппонентов Рф всем нужным для удачных боевых действий, включая наемников. Таковой войны экономика Рф не выдержит, она развалится, тогда и образ Путина тоже не устоит. Станет разумеется, что он сам сделал осажденную крепость, с его именованием будут связаны не только лишь все те неудобства, которые люди начнут вытерпеть из-за блокады и войны, да и те, что люди чувствовали и до украинских событий из-за коррупционной гос машины. Все величие Путина в очень маленький срок исчезает. Образ Путина — громовержца и фаворита не просто тускнеет: президент моментально преобразуется из знака цивилизации в ее позор и виновника всех бед. От него требуют ответить за все. А наше общество пока устроено так, что низвержение вида президента приведет к полному краху страны.

Этот вариант маловероятен. Но ведь и вход в Крым до последнего казался маловероятным. Мне кажется, что это было почти во всем эмоциональное решение. Путин таким макаром отреагировал на то, что договоренности от 21 февраля были аннулированы Майданом, и никто из подписавших этот документ западных министров зарубежных дел на это не отреагировал. Путин принимал украинские действия как деяния забугорной разведки и ощутил себя обыгранным. Глубоко обманутым. И он, как игрок, ринулся отыгрываться.

2-ой вариант. Мы не идем далее на Украину. Но все равно Запад стремится медлительно нас задушить. В качестве инструментов будут употребляться иранская нефть, катарский газ, углеводороды Саудовской Аравии... Все это вываливается на рынок, и наши доходы будут медлительно, но планомерно убывать. Это, на самом деле, вариант №1, но растянутый во времени. Он может продолжаться и 4, и 5 лет, но в конце концов для вида Путина завершится так же.

3-ий вариант. Работает какая-то потаенная дипломатия, идут неизменные согласования, поиски договоренностей с Украиной, Европой на ковре и под ковром. Запад не проявляет решительности, задумывается о рисках для собственной экономики в случае удушения России... В конце концов, существует неограниченное количество дипломатичных шагов, которые позволяют ослабить изоляцию, противоборство. Россияне все равно будут чувствовать постоянные удары по собственному вещественному и символическому положению, но они не окажутся очень болезненными. Тогда у Путина остается возможность доказать, что все это ничтожно по сопоставлению с приобретением Крыма и поднятием Рф с колен. И он сумеет выиграть как выборы в Госдуму 2016 года, так и президентские в 2018 году.

Но этого может не произойти даже при самом подходящем сценарии, если Путина начнет вносить на волне собственного фуррора и ура-патриотизма большинства. Если он начнет какую-то охоту на ведьм, вылов шпионов... А ведь он уже произнес в послании Федеральному собранию и о национал-предателях, и о пятой колонне. Это, кстати, является одним из частей психологии осажденной крепости. Но я надеюсь, что войны с частью собственного народа Путин затевать не будет, так как это безумие. Рациональность в нем должна одолеть.

Сергей МАРКОВ, директор Института политических исследовательских работ:

— На «крымском» шаге Путин выступил как человек, который не опасается брошенных ему вызовов. Фактически, он и ранее проявлял эту черту, но на данный момент президент ее усилил, продемонстрировав, что готов к решительным действиям, в том числе — с внедрением военной силы, и не только лишь на Кавказе. Людям это, естественно, нравится. Ну и самое главное — он стал сборщиком земель российских.

Но вот сохранится ли этот образ далее — тяжело сказать. Впереди у Путина новый большой вызов. Наша родина на данный момент находится в ловушке. Если ничего не делать, то на Украине будет проведена агрессивнейшая дерусификация, общее угнетение языка и культуры, а натовские инструкторы за 2–3 года подготовят очень сильную армию, которую бросят на Крым. И что будет тогда? Отобьем ли мы атаку армии натовского эталона и какой ценой? И будет ли тогда Путин смотреться таким же победителем, как сейчас?

А если этого не ожидать и начать что-то делать на данный момент, когда Украина не готова, то начнется ужасный вой по всему миру, еще больше жесткие санкции Запада и, может быть, кровь в столкновениях с украинской армией. Крым-то удалось взять без одного выстрела, а будет ли таковой же легкой прогулка по Донецкой, Луганской, Одесской, Харьковской областям? И что произнесут о Путине тогда?

При любом развитии ситуации образ Путина оказывается под опасностью.

Мы на данный момент пытаемся решить вопрос о гарантиях безопасности Крыма и российского населения Украины через переговоры с Западом, но западники-то мирного решения не желают. Они-то как раз желают, чтоб была война Украины с Россией. Потому Путин оказывается в очень сложной ситуации, и как он из нее выкарабкается — сказать пока тяжело.

— Часть общества боится, что на фоне ура-патриотизма и «синдрома осажденной крепости» Путин откроет «охоту на ведьм» снутри страны.

— Такие опасности, естественно, есть, но они не очень огромные. Вот поглядите, что вышло в Госдуме: депутат Илья Пономарев проголосовал против присоединения Крыма. Какой визг поднялся: «Предатель!» Было полное чувство, что он не жилец, по последней мере, в политике. Но ничего с ним отвратительного не вышло. Его глас только выделил, что те другие, которые голосовали «за», сделали это не из-за угроз и не под давлением. Думаю, Путин считает, что люди должны высказывать свои мысли без ужаса.

— Как вам кажется, Путин задумывался о собственном месте в истории, когда воспринимал решения по Крыму?

— Место Путина в истории уже было и до Крыма. Он одолел в Чечне и приостановил еще одну русскую смуту. Он задумывался, быстрее, о другом. В планах Запада было подавить российских в Крыму и выкинуть русский флот из Севастополя, заменив его южноамериканским. И ах так бы смотрелся Путин в данном случае — большой вопрос. Я думаю, что, разыгрывая таковой сценарий, Запад рассчитывал на свержение Путина. Предательства Крыма, сдачи Севастополя ему бы не простило русское общество, тогда и можно было бы начать мероприятия по подмене ВВП как независящего правителя Рф на ставленника Запада.

План сработал бумерангом: Путин сейчас укрепился. И что принципиально — он волевыми действиями прирастил почтение к для себя в мире. На него на данный момент глядят как на единственного фаворита, который не «прогибается» под ударами Вашингтона. И он становится основным мировым героем.

— Вы убеждены, что героем, а не изгоем?

— Для тех правительств, которые подчинены Вашингтону, наверняка — «мировым изгоем». Но для тех, кто недоволен Вашингтоном, для независящего мирового публичного представления он герой. В пантеоне глобальных героев Путин занял место Барака Обамы. Чем, я думаю, вызывает суровую ревность последнего.